«Если бросить монетку в колодец
Она, возвратясь, прилипает к губам»,
Так и ты возвратишься в свой год и в свой час,
Вычерпнутый со дна.
И заботливость рук, и чужая душа
До конца в твой проникнут джаз.
Оттолкнувшись идти,
растворившись восстать.
Это путь не монетки — меня.
Возвратиться к себе,
В свой невыпетый джаз,
Разбросать ноты по тишине.
Не мелодия, не музыкант, не игра —
Скрип, разложенный на диссонанс.
Если стану монеткой, то буду всегда,
Возвратясь, прилипаться к губам

Оживающее

Неделя, сотканная отрезками.
Наполненная чудой, с которой внезапно хочется быть, не отрываясь.

Мы идем по закату в воде. Розово-сиреневое небо и обжигающая Волга. Бежим. Обнимаемся. Играем. Это оживающая картинка.
Эта неделя полнится ожившими картинками. На мгновение становится жутко: оживут ли все? И отпускаю. Потому что не от меня сейчас зависит. Или от меня?

Ступор. Внутренний ступор. Не хочется писать. Говорить. Двигаться.
Смотреть в одну точку. Перемалывая, переламывая внутреннее.
Пишешь изнутри, четко осознавая шквал вопросов, который обрушится сетью вслед за. Пусть будет. Вопреки шквалам.

Отпускаю своих драконов
Огнедышащих, трехголовых
Мне легко парить по ветру
Вырвавшись на свободу
И внутри нет камней и тени
Будет новая жизнь и время,
Буду новая я и где-то
Будет бездраконье рассветов
Я устала от огнедышащих,
Изнутри сжигающих, ищущих
И тоскующих по бездомью
Отпускаю драконов на волю
А сама быстрой чайкой взмою
Непривычная к морским просторам
Непривыкшая жить на свободе
Буду новая я и точка

Я больше не хочу заваривать твой кофе
Ходить вдвоем по крышам
Ловить облака и слышать
Как чайки кружатся в небе
И им до всего на свете
А дома нас ждёт недопитый чай
И кошка мурчит, прижимаясь к твоим ногам
Мурчала. И плед. Кофе. Фильмы в обнимку
Ушли. Были ль мы не были
Или это все только мои
Фантазии и мечты
А впрочем, все еще впереди
И кофе, и кошка, и ты

Женщина — это рисунок
Эскиз на кирпичной стене
Мелом на белой бумаге
Отраженье в окне
Руки ее как крылья
Мысли еще крылатей
Встретив ее, бегите
Женщина — это камень
Это кремень и крепче
Это тростник и гибче
Встретив ее, бегите
Встретив ее, бегите

Небо в ладонях, 20-й этаж
Где бы глаза вдаль уткнуть
Окна в окна вокруг домА
Птицам присесть и отдохнуть
Где затерялась ширь полей
Где бы глазам работу взять
Лань не выслеживая до поры
Взгляд от экранов не оторвать
Небо в ладонях, птичий полет
Строчки кольцуются вновь
Не убежать, не разорвать
Мифологичный времени круг
Очень удобный, течет и течет
Вроде, ты в нем, но движется сам
Линией вечность спускалась для нас
Но мифы удобней, понятен их путь
И ни напряжения, ни маеты
Ни гонки куда-то вперед
Томления вечности в круге нет
Круг гармонично течет
Но вечность заложена в наши сердца
И вектор направлен вверх
В ладошках небо, 20-й этаж
Миф пора распрямить

Молитва вместо стука сердца
Набат
А нужен разговор
Кто в этом мире свят
Кто-то зол
Колоколом вбиваю слова
Звоном кричу
Страсть безразличием
Рву
Середину хочу
Слышишь мой каждый звук
И тишину
Буду ли говорить
Или только кричать
Я научусь, научусь
Отделять

В зеркало посмотреть
Провести пудрой по темным кругам — плату за ночь.
Если бы ты был рядом
Я бы спала,
Клубочком свернувшись в самых надёжных руках, —
Твоих.
В зеркало посмотреть,
Пересчитать морщины и седину.
Если бы ты был рядом,
Выпрямилась бы спина
Груз тишины одиночества сбросив с плеч.
В зеркало посмотреть
И, не поймав отраженье, уйти
Если бы ты был рядом,
Зачем мне смотреть в него

Городской пейзаж — бетон и гравий
Много шума и шуршащие машины
Люди выглядят уныло и забито
Сонны днем, и в интернете ночью
Бледность лиц, подсвеченных экраном
Пальцы превращаются в крючочки
Городской пейзаж мы строим сами
Навсегда залипнув в телефоне